Так говорил Джа

125 лет назад на свет появился Джа - человек, которого миллионы людей считают самым настоящим Богом - именно от его имени произошло само название религии растафарианства. Еще этот человек именовал себя "львом Иудеи" и "царем царей", возводя свою родословную непосредственно  к самому библейскому царю Соломону и царицы Савской. Речь идет об императоре Эфиопии Хайле Селассие I.
Так говорил Джа
...Уже почти год как в стране ширился бунт, уже три месяца как его возглавил Менгисту Хайле Мариам, уже подали в отставку два премьера - Аклилю Хабтэ Уольд и Ындалькачоу Мэконнын, а государь все сидел в своем дворце, молча наблюдая, как почва уходит из-под ног. Газеты писали, что дряхлый старик выжил из ума и ему давно надо было отречься в пользу наследника, называли его деспотом и вором. 1 мэскэрэма 1967 года (11 сентября 1974 года по европейскому календарю), в Новый год, к согражданам обратился патриарх абуна Теофилос, который впервые за всю историю Эфиопской ортодоксальной церкви не благословил императора и членов его семьи, а пожелал успеха бунтовщикам. Последний и самый сокрушительный удар по императору нанесло эфиопское телевидение. В тот день был показан документальный фильм "Голод, который скрывали", снятый на BBC режиссером Джонатаном Димблби. Действие происходило в провинции Уолло, где в результате засухи погиб весь урожай. Камера бесстрастно фиксировала изможденные тела людей, превратившихся в живые скелеты. Они не могли пошевелиться, пытались подняться и падали замертво. Горы трупов перемежались сценами пышных застолий в императорском дворце. Вот гости в богатых костюмах, обильно украшенных драгоценными камнями, поздравляют императора с 80-летием, а вот собравшиеся приветствуют молодоженов -- это выходит замуж очередная внучка императора. Там худые ручки ребенка тянутся за кусочком хлеба -- тут император кормит ручных леопардов отборным мясом с серебряной тарелки, которую услужливо протягивает ливрейный лакей. Люди, смотревшие фильм в общественных местах, не скрывали слез. Бесчувственный тиран утопает в роскоши, когда его народ умирает от нищеты. Это был последний гвоздь, забитый в гроб трехтысячелетней монархии. 
Император понимал, что дни его сочтены. 12 сентября десять членов дэрга, или координационного комитета вооруженных сил, полиции и территориальной армии, который взял на себя всю полноту власти в стране, подъехали к императорской резиденции в Юбилейном дворце. Впервые в истории дворец был взят в кольцо танков и армейских джипов. Депутацию возглавлял майор Дэбэля Динса. У майора была ответственная миссия -- сообщить "царю царей", что его правление окончено, и вывезти его из дворца. Чтобы подстраховаться, военные прихватили с собой раса Имру, близкого родственника императора. Имру и Тэфэри (так до коронации звали государя) вместе росли, семья раса Имру стала для императора родной, и вот теперь самый дорогой человек его предал: переметнулся в стан противника, позволив сыну Микаэлю возглавить правительство бунтовщиков.  



Идти во дворец делегаты не спешили: ждали съемочную группу с телевидения. Ожидание затягивалось. Позвонили на студию, выяснилось, что там никто ничего не знает. Пока на телевидении срочно искали, кого послать на съемку, делегаты пошли во дворец. Он казался пустым: как раз накануне были арестованы все придворные и императорская родня. Дворецкий провел майора к императору. В своем отчете майор Дэбэля сообщал, что церемония проходила в Большом тронном зале, но на самом деле это была библиотека или даже императорский кабинет. Тут подоспела и съемочная группа, запечатлевшая императора, величественного в своих царских регалиях, и группу вооруженных до зубов людей, выстроившихся перед ним. Майор вышел из строя, козырнул и полез в карман за бумажкой с текстом. Его руки заметно дрожали, когда он зачитывал декрет дэрга о низложении императора. Солдаты тоже нервничали в присутствии Хайле Селассие. Император слушал молча, и было неясно, понимает ли он, что происходит. Декрет был прочитан до конца, а император все сидел, не реагируя на происходящее. Напряжение нарастало, и в этот момент крестьянский сын Дэбэля понял, почему в присутствии этого человека все благоговейно падали ниц.

Когда тишина стала невыносимой, рас Имру подошел к императору, и они что-то долго обсуждали. Наконец Хайле Селассие заговорил. Он сказал, что никогда не ставил свои интересы выше интересов нации и всю жизнь верой и правдой служил народу. И сейчас готов подчиниться любому решению. Он лишь спросил: "Куда вы меня повезете?" По-прежнему обращаясь к низложенному государю "ваше величество", Дэбэля ответил: "Туда, где вам будет комфортно и безопасно". Бывшему монарху разрешили взять одного слугу, и он позвал верного Мэрыда. Проходя мимо майора, император указал на автомат "Узи" в его руках и поинтересовался: "Почему вы так странно держите оружие?" Явно волнуясь, Дэбэля ответил, мол, так удобнее носить. На губах императора промелькнула усмешка, он сказал: "Думаю, так удобнее стрелять" -- и пошел прочь.

У ворот стоял голубенький "Фольксваген Жук" -- незамысловатый транспорт предоставили революционеры императору, привыкшему к "роллс-ройсам" и "мерседесам". Сказали -- чтобы не привлекать внимания. Но как может остаться незаметным кортеж из "Жука" и двух джипов с пулеметами? А если вспомнить, что впоследствии режим Менгисту не раз демонстрировал крохотный автомобильчик публике по поводу и без, становится понятно: императору просто хотели показать, кто в доме хозяин.  

Потому что на протяжении 44 лет до этого полновластным хозяином Эфиопии был именно он. 


Тронный зал во Дворце императора. 

От царя Соломона до царевича Эфиопии 

Хайле Селассие I вел свой род от царя Соломона и царицы Савской (Савейское государство существовало в 550-115 годах до н. э.). Отношения между этими правителями Древнего Востока описаны в Библии: "И пришла она в Иерусалим с весьма большим богатством... И подарила она царю сто двадцать талантов золота, и великое множество благовоний, и драгоценные камни; никогда еще не приходило такое множество благовоний, какое подарила царица Савская царю Соломону..." В Эфиопии библейская версия событий была дополнена историей о том, как царь Соломон пытался обольстить царицу Савскую, но она оставалась глуха к его мольбам. Тогда царь заставил ее поклясться, что она отдастся ему, если он сумеет уличить ее в воровстве. "В моей стране у меня нет ни в чем недостатка. Я меряю серебро и золото большими корзинами",-- рассмеялась царица, но на условия царя согласилась. Тогда Соломон устроил пышный обед, за которым не давали ни вина, ни воды. Умирая от жажды, царица Савская ночью тайно пробралась к фонтану и "украла" стакан воды. 

Плодом любви двух великих правителей стал сын Менелик I, основатель древнего Аксума, давшего рождение Эфиопии. Знаменитый эфиопский нэгусэ-царь Менелик II, прямой потомок Менелика I, выигравший в 1896 году битву при Адуа и тем самым спасший свою страну от итальянской колонизации, был двоюродным дядей нашего героя, которому предстояло еще побороться за власть. 

Тэфэри Мэконнын (у эфиопов нет фамилий, второе имя - имя отца) родился 23 июля 1892 года в провинции Харэр, где его отец, рас Мэконнын, двоюродный брат и верный сподвижник Менелика II, был губернатором. Когда в 1906 году рас Мэконнын умер, лично Менелик доверил племяннику провинцию Сэлале. Тэфэри тогда было всего 14. А в 19 он уже получил титул раса, высший феодальный титул в Эфиопии, и вернулся правителем в Харэр, которым ранее правил его отец. 

И тут на эфиопский престол взошел Лидж Иясу, родной внук Менелика II. Правление его было недолгим: уж слишком явно он заигрывал с мусульманами в христианской Эфиопии. Чувствуя, что над ним сгущаются тучи, и опасаясь влияния Тэфэри, он убрал его из Харэра и назначил в отдаленную южную провинцию Кэфа. Но Тэфэри обладал удивительным политическим чутьем и умел находиться в нужном месте в нужное время. Отозванный из Харэра, он прибыл в Аддис-Абебу и задержался там вплоть до государственного переворота. 

В результате маленькой победоносной войны, в которой поддерживавшие его феодалы наголову разбили Лиджа Иясу, молодой Тэфэри въехал в столицу на белом коне и 11 февраля 1917 года был коронован как наследник императорского престола. 



Путь к императорской короне 

Чтобы закрепиться во власти, Тэфэри создал свою, верную только ему армию (у каждого крупного феодала тогда было по 10-20 тыс. войска), вооружив ее по-европейски. Он добился вступления Эфиопии в Лигу Наций -- это случилось 28 сентября 1923 года. Наконец, он отправился в турне по Европе. Он был лишь наследником, но его принимали как полновластного правителя страны. На всякий случай рас Тэфэри взял тогда с собой политических противников -- чтобы во время его отсутствия не устроили переворот. 

Рас Тэфэри мечтал о реформах, но они шли со скрипом: мало кому нравится, когда лишают привычных льгот. И вот в 1928 году взбунтовался старый враг Тэфэри, дэджазмач Балча (дэджазмач -- тоже феодальный титул, буквально "командующий войском у дверей императорского шатра"). Он командовал артиллерией в битве при Адуа и считал, что это дает ему право не платить налоги в казну. Балча был мощный противник -- губернатор богатой провинции Сидамо. В 1929 году рас Тэфэри вызвал его в столицу для объяснений. В качестве аргумента Балча прихватил с собой десятитысячное войско. 

Разбив лагерь в предместьях Аддис-Абебы, феодал отправился во дворец. Там его и 600 человек охраны ждало роскошное пиршество. Но, пока Балча пировал, сторонники раса Тэфэри проникли в его лагерь. Они сказали солдатам, что только что состоялось назначение нового губернатора Сидамо и войско должно срочно отправиться туда, чтобы принести присягу. Для вящей убедительности каждый солдат получил по несколько серебряных талеров, и через пару часов войска как не бывало.

Недаром дэджазмач Балча прозвал раса Тэфэри "получеловек-полузмея". Когда "командующий войском у дверей императорского шатра" прибыл на место и оценил масштаб бедствия, то срочно кинулся в церковь на горе Энтото и принялся звонить в колокол -- так в Эфиопии издавна просили нэгусэ о помиловании. Рас Тэфэри услышал мольбу и вместо казни сослал Балчу в монастырь. 

Пока рас Тэфэри был наследником, страной формально правила царица Зоудиту, дочь Менелика II. Сразу после ее коронации ее муж рас Гугса был сослан губернатором в провинцию: Тэфэри рассудил, что вместе муж и жена могут представлять серьезную угрозу его власти. Гугса этого не простил. Он долго копил силы и наконец летом 1929 года выступил против раса Тэфэри. Но армию Тэфэри уже готовили бельгийские инструкторы, и на ее вооружении находились два аэроплана, которые в ходе решающего сражения сбрасывали бомбы на войско противника. При виде "железных птиц" солдаты Гугсы в страхе разбежались. Узнав об этом, царица Зоудиту умерла от разрыва сердца. 

3 апреля 1930 года рас Тэфэри был провозглашен императором Эфиопии под именем Хайле Селассие I, а 2 ноября состоялась его торжественная коронация. 



Царствование по-амхарски 

Главной заботой императора стало укрепление обороноспособности страны. Италия стремилась расширить свои колониальные владения в Африке, и Хайле Селассие понимал, что война неизбежна. Он срочно приступил к модернизации армии, с тревогой наблюдая, как в соседнюю Эритрею (тогда колонию Италии) прибывают все новые итальянские войска. 3 октября 1935 года итальянская армия начала вторжение в Эфиопию. Императору удалось поставить под ружье 40 тыс. человек, но они были бессильны против итальянской армии. 5 мая 1936 года итальянцы заняли эфиопскую столицу. Император был вынужден покинуть страну. В июне он выступил в Лиге Наций. Его блистательная речь потрясла весь мир. 

В тот день галерку заполнили итальянские журналисты, и, когда председательствующий объявил выступление Хайле Селассие, они принялись свистеть и топать ногами, не давая ему говорить. Тогда председатель обратился к охране: "Уберите этих дикарей!" Порядок был восстановлен, и император заговорил. Он говорил по-амхарски, хотя прекрасно владел французским, рабочим языком Лиги Наций. Он рассказал об истории конфликта и зверствах оккупантов, вопреки международной конвенции травивших мирных жителей ядовитыми газами. Он напомнил собравшимся о системе коллективной безопасности, о том, что маленькие страны не должны подвергаться агрессии со стороны больших. В конце своей речи, которую зал слушал затаив дыхание, император сказал: "Сегодня мы, завтра вы". Эти слова оказались пророческими: через пять лет мир был ввергнут в пучину второй мировой войны. Выступление эфиопского императора цитировали все газеты мира, а журнал "Тайм" назвал Хайле Селассие человеком года. 

5 мая 1941 года, ровно через пять лет после отъезда, он триумфально вошел в Аддис-Абебу. Тогда ему помогли англичане, которые уже вступили в войну с фашистской Италией. 


Император в пионерском лагере Артек.

Помощь Советов 

Однако император не хотел становиться пешкой в руках великих держав. Чтобы ослабить британское влияние, сразу после войны он начал сближение с США. Тут вспомнили, что США в свое время не признали законность итальянской оккупации, и с 1948 года в Эфиопию пошли американские деньги. В 1953-1963 годах американцы потратили $74 млн только на военную помощь этой стране. Однако в конце 50-х американское правительство активно поддержало борьбу Сомали за независимость, и это не понравилось Эфиопии, которая усмотрела в этом угрозу своим национальным интересам. И император обратил свои взоры на СССР. В этом ему помогла церковь. В конце 50-х делегация Русской православной церкви нанесла визит руководству Коптской церкви, имевшей большое влияние при дворе Хайле Селассие I. В результате летом 1959 года император посетил Советский Союз с официальным визитом. 

Рассказывают, что в тот раз Хайле Селассие наградил председателя президиума Верховного совета СССР Ворошилова высшим орденом Эфиопии. В Политбюро не знали, что делать: вроде надо ответить симметрично, но не наградишь же императора орденом Ленина или Трудового Красного Знамени. В конце концов ему вручили орден Суворова I степени как участнику борьбы с итальянским фашизмом. После визита дело пошло. Уже в 1960-м начался отбор эфиопских студентов для учебы в Университете дружбы народов и других советских вузах, а советское правительство прислало в дар императору самолет Ил-14 с императорским гербом и флагом Эфиопии на фюзеляже. 

Число эфиопских студентов в гражданских и, главное, военных вузах постоянно росло. Императору нравилось, что их обучают бесплатно. Он особо не задумывался, чему их там учат, а между тем наряду с профессиональными знаниями они получали мощный заряд коммунистической идеологии.


Редкий кадр: воплощение бога Джа и православный патриарх Пимен  

В целом в Советском Союзе к Хайле Селассие относились неоднозначно: все-таки монарх. Не стеснялись за его спиной поддерживать эритрейских сепаратистов, доставлявших немалую головную боль императору. Но и с Эфиопией сотрудничали с удовольствием: в 1963 году передали "в дар эфиопскому народу" политехнический институт в Бахр-Даре, в 1967-м построили в Асэбе нефтеперерабатывающий завод. Да и император бывал в Союзе с визитами достаточно регулярно.

В 1973-м он был уже совсем старенький, и Советы, должно быть, решили, что пора. Существует версия, что революция 1974 года прошла не без участия СССР, действовавшего через подготовленных им военных и агентов влияния. 



Мятежи 

Во внутренней политике император делал ставку на людей из народа, разночинцев, получивших хорошее, часто европейское образование. Приближая их и снабжая земельными наделами, он формировал новый класс -- полудворянство-полубуржуазию. Страна потихоньку развивалась. 

Беда пришла откуда не ждали. В декабре 1960 года, когда император находился с визитом в Бразилии, в стране произошел государственный переворот. Это было что-то новенькое: впервые бунт возглавили не зарвавшиеся феодалы, а молодые офицеры, которых поддержали представители интеллигенции и студенты. Главными заговорщиками оказались Гырмаме Ныуай и его брат Менгисту, причем последний был генералом, командующим императорской гвардией. Они хотели экономического и общественного прогресса, но при этом понимали, что в стране с неграмотным крестьянским населением, свято верящим в царя-батюшку, надежду на успех имеет лишь тот заговор, который возглавляет особа царской крови. Примкнуть к заговорщикам согласился 44-летний наследный принц Асфа Уосен. Хайле Селассие его не любил, считал мямлей, больше выделяя младшего, Мэконнына (он погиб в 1963 году в автокатастрофе). 

Мятеж был подавлен, заговорщики пытались бежать. Когда их окружила полиция, Гырмаме покончил с собой. Раненого Менгисту арестовали, потом вылечили и публично повесили в Аддис-Абебе. Так закончилась первая попытка ускорить прогресс в общественно-политической жизни Эфиопии. 

Вторая, в 1974 году, была более успешной. Впрочем, и куда более кровавой.

Так сошлось, что в начале 1974 года Эфиопия забастовала. Было отчего. Голод в провинциях Уолло и Тыграй, унесший жизни сотен тысяч человек, рост цент на бензин и продукты питания (которые устанавливал не рынок, а правительство), проект школьной реформы, который заставил взбунтоваться учителей,-- все было против императора. Он пытался идти на уступки: сменил правительство, издал указ о снижении цен, даже повысил жалованье военнослужащим. Но было поздно. Военные стали наиболее грозной силой. Все-таки у них имелось кое-какое образование, кругозор и, главное, оружие. 

28 июня 1974 года в расположении штаба 4-й дивизии в Аддис-Абебе собрались самые буйные деятели, которые прямо-таки по-ленински чувствовали, что промедление смерти подобно. Они обсудили будущее страны, правда, так и не решили, устанавливать военную диктатуру или сохранять монархию. Зато образовали дэрг-комитет, во главе которого встал тогда еще мало кому известный майор Менгисту Хайле Мариам. 

Когда Радио Эфиопии сообщило о низложении императора, на улицы высыпали счастливые студенты, которые сжигали портреты Хайле Селассие и кричали: "Тэфэри -- вор!" Они верили, что дни нищеты и отсталости кончились и их ждет светлое будущее в демократической стране. Однако уже через несколько дней комитет переименовал себя во временный военный административный совет (ВВАС), приостановил действие конституции, распустил правительство и парламент, закрыл оппозиционные издания и объявил в стране военное положение. 



"Фит масуоггед" 

Они стоили друг друга, эти два человека, император и его палач. Менгисту Хайле Мариам был двойником императора, его зеркальным отражением. Оба знали, что главное -- это власть, полная и безраздельная. Так, при дворе императора существовал ритуал под названием "фит масуоггед", что-то вроде "обнажить истинное лицо". Его должен был пройти соискатель любой, даже самой незначительной государственной должности. Каждое утро претендент должен был стоять по стойке "смирно" у императорского дворца, ожидая выхода монарха, а когда тот покажется, ловить его взгляд. Если повезет, он получал высочайшую аудиенцию, в ходе которой, пав ниц пред императором и прижав лицо к земле, должен был рассказать о себе все без утайки. Если император пребывал в хорошем расположении духа, можно было сорвать неплохой куш. 

Хайле Селассие такую власть имел. Менгисту к ней стремился. Он сразу же взял курс на сближение с СССР. Он понимал, что чем точнее будет следовать инструкциям со Старой площади, тем больше будет объем советской помощи. И громогласно объявил о своих планах: сделать Эфиопию первой социалистической страной в Африке. После чего начал "революционные преобразования", старательно сверяясь с классиками марксизма-ленинизма: переход от феодализма к социализму, минуя капитализм, коллективизация, индустриализация. И конечно, красный террор.

Главным классовым врагом была Эфиопская народно-революционная партия, которая призывала к созданию демократического гражданского правительства при участии широких народных масс. Впрочем, призывами дело не ограничилось. Подпольщики убили восьмерых членов дэрга и нескольких его сторонников. Узнав об этом, Менгисту вышел на главную площадь Аддис-Абебы и при большом скоплении народа разбил о землю бутылку с красной жидкостью. "Так же прольется кровь врагов революции! -- заявил он.-- Ответим на белый террор красным террором!" И кровь полилась. За два года, с 1977-го по 1978-й, были уничтожены тысячи юношей и девушек, в основном студентов, которых расстреливали по первому подозрению в "контрреволюционной деятельности". Чтобы получить тела детей, родители должны были оплатить стоимость пуль, которыми их дети были убиты. 

Вскоре пошло наперекосяк все подряд. Бунтовали провинции Эритрея и Тиграй, Фронт освобождения оромо подступал к столице. В довершение в 1984 году грянула небывалая засуха, поразившая полстраны. Она продолжалась до 1986 года, когда 5,8 млн человек жили только за счет гуманитарной помощи. Но в 1987 году в СССР была объявлена перестройка. Поток оружия и денег в Эфиопию стал иссякать именно в тот момент, когда диктаторский режим отчаянно в них нуждался. Революционно-демократический фронт народов Эфиопии медленно, но верно сжимал кольцо вокруг Аддис-Абебы. Режим сопротивлялся несколько лет. Когда стало ясно, что война проиграна, Менгисту Хайле Мариам, к тому времени уже всенародно избранный президент, сложил полномочия и 21 мая 1991 года бежал из страны. 

Но император, конечно же, ничего этого уже не видел. 


Император не раз становился победителем разного рода рейтингов и конкурсов.

Кончина и воскресение 

...После ареста его привезли в казармы 4-й дивизии, где, собственно, и зародился ВВАС. Первую ночь после ареста он провел в палатке, находившейся под пулеметным прицелом, затем его перевели в дом одного из старших офицеров на территории казарм. Правда, еду ему продолжали готовить в Юбилейном дворце и каждый день привозили в казармы. Дэрг слал к Хайле Селассие делегацию за делегацией, требуя сообщить номера счетов, на которые он якобы перевел $20 млрд, украденных у народа. Один из офицеров как-то спросил: "Ваше величество, должны же вы были отложить что-нибудь на случай отставки!" На что император ответил: "Отставка?! У императора Эфиопии не бывает отставки! Его отставка -- это смерть. Поэтому у меня никогда не было нужды что-либо откладывать!" 

Позже Хайле Селассие перевели в небольшой дворец под названием Инкуляль-бет ("Яичный дом"), названный так из-за формы купола. Это был флигель на территории императорского дворца, где расположился ВВАС. Инкуляль-бет был окружен садом, в котором император любил прогуливаться. Завидя Хайле Селассие, вся дворцовая обслуга, наемный персонал дэрга и даже часовые на посту начинали кланяться, отдавая почести монарху. Тогда садик велели обнести высокой стеной. 

Возле дворца была церковь. Императору запретили посещать службу, и его часто видели стоящим у окна во время божественной литургии. Глубоко верующий человек, Хайле Селассие словно предчувствовал свою смерть. В ночь на 25 августа 1975 года он не спал, плакал и молился. 

Его убили и утопили (по официальной версии, он умер своей смертью из-за сбоя в системе кровообращения). Лишь в 1992 году, через год после краха Менгисту, останки откопали. Их сложили в ящик с надписью "руками не трогать" (экспертиза не проводилась) и оставили до лучших времен. Лучшие времена наступили в 2000 году, когда императорская семья дала согласие на захоронение. Тогда останки сложили в коробочку, задрапированную серебряной парчой, и поместили в гроб, который был захоронен в родовом склепе Хайле Селассие в соборе Святой Троицы в Аддис-Абебе, где с 1962 года покоилась жена императора. Похороны состоялись 5 ноября 2000 года, на них присутствовали дочь Хайле Селассие, 82-летняя Тэнанне Уорк, а также многочисленные внуки и правнуки. 

Поминальную службу в его честь посетила также делегация растафарианцев из Тринидада и Тобаго. 

Растаманы, или растафарианцы, -- самые верные почитатели Хайле Селассие, они считают его богом. Эта вера зародилась давно, еще в начале ХХ века, когда борец за права африканцев, выходец с Ямайки Маркус Гарвей предсказал: в Африке появится могущественный царь, который принесет справедливость угнетенным. После коронации Хайле Селассие I многие на Ямайке решили, что пророчество сбылось. Так рас Тэфэри стал растаманским мессией. 

"Мы не верим, что он мертв,-- заявил Бернард Дэвид Рукс, глава делегации растаманов на похоронах Хайле Селассие.-- Мы каждый день говорим с его духом".





03:08 23/07/2017
загружаются комментарии